Тридцать лет заката

 

События идут совсем не так, как хотелось бы.

Гр. Александров

Г. Александров — П. Пономаренко (декабрь 1953 г.)

Описание встречи с Чарли Чаплином.

В понедельник, 7 декабря 1953 года, в Лондоне состоялась встреча с Чарли Чаплином, которого я не видел с 1932 года, со времени поездки в Голливуд. Чаплин сам проявил интерес к встрече и приехал из Парижа на один день, чтобы повидаться со мной.

Чаплин разыскал Айвора Монтегю и договорился с ним, что тот привезет меня к нему в 5 часов вечера.

В этот день в Лондоне также находился советский режиссер Сергей Герасимов. Я пригласил его, и мы втроем (с Айвором Монтегю) отправились в отель «Савой» для встречи с Чаплином. Он встретил меня, как старого хорошего друга. Чаплин сказал, что все про меня знает. Чаплин спросил меня, видел ли я его последнюю картину «Огни рампы». Я искренне сказал, что это замечательная картина, честная, человеческая, умная, что она выделяется из всех картин капиталистического мира своей чистотой и подлинным искусством. Чаплин был очень рад слышать это. Он спросил меня, где я видел эту картину. Я сказал, что в Лондоне был организован специальный просмотр этой картины для делегации1 («Огни рампы» уже не идут на экране).

— А видели вы сцену с безработным и безруким нищим? — спросил меня Чаплин.

— Нет, в том экземпляре, который видели мы, этой сцены не было, — ответил я.

— Мерзавцы! — сказал Чаплин. — Они вырезают сцены, которых боятся. Я так и знал, что вам покажут испорченную картину. Когда вы будете получать экземпляры для вашей страны, вы должны требовать, чтобы картина была без вырезок. И вопросы перевода... Я ненавижу дублированные фильмы, — продолжил он. — А если эту картину дублировать, то пропадет все.

Я согласился с ним. Самого Чаплина, на мой взгляд, невозможно озвучить другим голосом2.

— Я также не люблю субтитры, — сказал он, — они очень портят изображение. И я предлагаю вам и прошу вас, если картина будет готовиться у вас к выпуску, осуществить мое предложение, записать комментатора с тихим, спокойным голосом, который, пользуясь паузами, будет объяснять, что происходит на экране.

И, на мой взгляд, это действительно замечательное предложение, которое поможет сохранить художественную особенность картины.

— Но как показать вашу картину в Советском Союзе, — сказал я, — если фирма «Юнайтед Артистс», которой принадлежит право проката фильма, требует 250 тысяч фунтов стерлингов...

— Неплохо, — кокетливо заметил Чаплин.

— Это же стоимость тридцати картин! Я сегодня утром был в организации Артура Рэнка3, где говорил о прокате британских картин в Советском Союзе, и там узнал, что действительно за эти деньги можно приобрести тридцать, а может, и сорок фильмов.

— Рэнк? — сказал Чаплин и зажал нос пальцами (по-английски «Рэнк» — трухлятина). — Тридцать трухлятин!

— Конечно, я не могу сравнивать ваше мастерство и искусство, — сказал я, — с картинами Рэнка или с какими-нибудь другими коммерческими стандартными картинами. Ваша картина, может быть, стоит и больше, чем 250 тысяч фунтов, но если Советский Союз заплатит вам такую сумму, он в будущем не сможет покупать по нормальным ценам другие картины, ибо все другие фирмы будут требовать бешеные деньги за свои фильмы. Затем — сколько вы получаете из того, что зарабатывает на вашей картине «Юнайтед Артисте»? — спросил я Чаплина.

— Не так много, — ответил Чарли Чаплин.

— Какой же Вам смысл давать деньги фирме, с которой вы враждуете. Может, мы поищем другой путь? Скажем, заплатим фирме нормальную цену, а когда картина пойдет у нас (я уверен, что она будет пользоваться в Советском Союзе большим успехом), наши организации могут премировать Вас, и Вы получите премию.

— Это интересное предложение, — сказал Чаплин. — Я бы не хотел по этому поводу говорить здесь, в гостинице, — добавил он и жестом показал кругом, намекая, что могут быть микрофоны для прослушивания. — Я также не даю картину Чехословакии и Венгрии, которые обращаются ко мне, — продолжал он, — потому что считаю, что картина сначала должна пойти в Советском Союзе. Это дело престижа.

Принесли коктейль. Мы выпили за будущий успех Чарли Чаплина.

— Я сделаю все, чтобы повлиять на фирму, — сказал Чаплин, — и снизить цену на картину. Хорошо было бы, если бы вы сказали, какую максимальную цену может заплатить Советский Союз, потому что я нуждаюсь в деньгах4. Американцы заморозили мои деньги в Соединенных Штатах, и у меня мало надежды получить что-либо оттуда. Моя картина «Месье Верду» принесла мне большие убытки, и я сделал много долгов5. Доходы от «Огней рампы» дают мне возможность покрыть долги, но не обеспечат производство будущей картины.

И тут Чаплин начал, воодушевляясь, рассказывать о своих творческих планах и о своей будущей картине.

Он заявил нам, что после разрыва с Соединенными Штатами он впервые в жизни ощутил необычайное чувство свободы, спокойствие и творческий подъем, что он работает так вдохновенно и быстро, как никогда еще не работал. У него написано 80 страниц нового сценария, он думает закончить фильм к осени будущего года. Чаплин просил держать в секрете все, что он сказал о будущем фильме, боясь, что у него могут украсть идеи, а кроме того, и помешать ему сделать фильм, так как он имеет целью разоблачить Америку. Чаплин думает, что фильм будет называться «Безработный король». Сам Чаплин будет играть роль короля, который был вынужден бежать из своей страны. Он приезжает в Соединенные Штаты и становится там безработным, потому что у него нет профессии и он ничего не умеет делать. Чаплин намеревается показать всю систему унижения человека, оскорбления человеческого достоинства, которые существуют в Америке.

— Я знаю Америку, — сказал Чаплин, — и мне-то уж поверят, что я буду показывать правду.

Он рассказал несколько замечательных эпизодов и, говоря о том, как он хочет с нашей, марксистской точки зрения сказать с экрана несколько истин, заявил, что он читает марксистские книги и хотел бы проконсультироваться со мной по этим вопросам. Я сказал Чаплину, что я не такой сильный марксист, чтобы советовать ему, и было бы хорошо, если бы мы могли показать ему, что такое советское гостеприимство, и высказал ему свое желание, чтобы он приехал в СССР.

— Я хочу этого, — сказал Чаплин, — но это не так просто. Во-первых, я стремлюсь закончить скорее новую картину...

Айвор Монтегю заметил, что Чаплин не сможет приехать к нам раньше 1955 года, пока его новый фильм не выйдет на экран. Чаплин прервал Монтегю:

— Это слишком долго. Надо бы приехать раньше.

Я предложил провести месяц отдыха в нашей стране после того, как Чаплин закончит сценарий и должен будет отдохнуть перед съемкой.

— Все это возможно, — сказал Чаплин. — Я всегда мечтал посмотреть Кавказ и Черное море. Это для меня загадочные и интересные края. Только с семьей и детьми, — добавил он. — А кто меня будет приглашать?

— Кто хотите, — ответил я.

— Я запуганный человек, — сказал Чаплин. — Про меня говорят, что у меня мания преследования. Но как бы вы себя вели, если бы получали письма от всяких американских гангстеров, пытающихся запугать меня? Я действительно получаю письма с угрозами, с предупреждениями, чтобы я не ездил в Советский Союз, не принимал советской помощи. Я боюсь за семью. Ведь вы знаете волчьи нравы капитализма...

— А если я приглашу вас? — спросил я. — Приезжайте в гости ко мне и моей жене.

— А денег у вас хватит? — смеясь, спросил Чаплин.

— Деньги найдутся, — ответил я.

— А санкция у вас есть? — наклонившись близко ко мне, тихо спросил меня Чаплин.

— И санкция, может быть, — ответил я6.

— Хорошо, — сказал Чаплин. — Поезжайте домой, посоветуйтесь и напишите мне письмо.

Айвор Монтегю предложил свое посредничество.

— Напишите письмо мне, чтобы Чаплин не получал писем по почте, а я информирую его, подписывайте письма сами.

— Это возможный вариант, — сказал Чаплин. — Его надо обсудить. А вообще, — добавил тот тихо, — нам с вами надо поговорить по секрету. Я очень уважаю Айвора Монтегю, но он все-таки англичанин. Я ничего не имею против мистера Герасимова, но я вижу его в первый раз.

Это он сказал в то время, когда наши собеседники были заняты с вошедшей женой Чаплина. Однако этот секретный разговор у нас не состоялся, так как наутро мы должны были покидать Лондон, а Чаплин не мог задерживаться в Англии.

Айвор Монтегю передал Чаплину приглашение китайских товарищей посетить новый Китай. Чаплин сказал, что это интересно для него, но Китай очень далеко, и очень сложно ехать туда с детьми.

Жена Чаплина производит симпатичное впечатление. Чаплин сказал о ней, что она помогла ему разорвать с США. Отношение их обоих к Америке резко отрицательное. Чаплин говорил, что он ненавидит эту полицейскую страну, что он счастлив, что избавился от нее, что, когда он встречает американца, он всегда спрашивает его:

— Как ваша вшивая Америка?

Он радуется, когда американцы корчатся от такого вопроса. Маккарти самый ненавистный для Чаплина человек, но он считает, что его не надо трогать, что он один разрушит всю американскую систему лучше, чем тысячи людей. Каждый день пребывания Маккарти на его посту подпиливает сваи, на которых держится американская система.

— И дайте ему, — сказал Чаплин, — кончить его грязное дело...

— Целью моей жизни, — заявил в конце разговора Чаплин, — сделать картину без Америки и доказать этим мерзавцам, что и жизнь и культура могут процветать и без них и без их помощи, чего они никак не могут сообразить.

После часового разговора, в течение которого было сказано очень много интересного, Чаплин обнял меня и сказал:

— Я всегда думал, что мы братья, имея в виду наши народы. Но очень много трудностей и сложностей. До весны я буду пытаться еще получить деньги из Америки. Независимо от того, удастся это мне или не удастся, я думаю, что мне придется сделать решительные шаги. Пишите мне.

После дружеского послания Чаплин закрыл за нами двери.

В моем сознании остался образ обаятельного человека, большого и умного мастера, полного сил, творческой энергии и веры в будущее, в котором созрели и определились желания более решительно перейти в лагерь сторонников мира. Его ненависть к американской политике, которую он высказывал в частных разговорах, перешла теперь в область творчества. Свою будущую картину он намеревается сделать оружием борьбы против антинародной и империалистической политики Соединенных Штатов. Сам он на пороге решительных поступков, которые, на мой взгляд, могут быть самыми интересными в его биографии. Имя его велико, авторитет огромен, каждый его поступок имеет большое значение для интеллигенции всех стран мира.

Эта встреча опровергла все слухи, которые я слышал о нем в Лондоне, о том, что Чаплин уже кончился, что он слишком стар и т. д. Он готов к борьбе за новую картину и так воодушевлен своей новой идеей, что можно верить, что он ее осуществит с огромной творческой силой.

Помочь сделать ему эту картину, на мой взгляд, совершенно необходимо.

23.12.53 г.

Странно, не правда ли, начинать эру александровского «заката». А может, и вырождения (мы уж не стали сгущать краски в названии последнего режиссерского 30-летия) таким капитальным, достаточно смелым для тех лет документом от автора, которого опубликовавшее его в XXI веке «Искусство кино» назвало «блестящим советским агентом влияния на Западе, труды которого недальновидные политики не сумели оценить по достоинству».

П. Пономаренко — тогдашний министр культуры, которому «агент влияния» адресовал свое послание, понял, видимо, что то, что предлагает Александров, намного превосходит возможности его компетенций, и напрямую переадресовал его предложение в Политбюро.

Однако «недальновидные политики» (а в их число, судя по списку прочитавших Александрова, входили Г. Маленков, В. Молотов, К. Ворошилов — двое последних особенно благоволили режиссеру, Н. Булганин, А. Каганович, А. Микоян, М. Сабуров, И. Первухин и, наконец, Н. Хрущев, ознакомление которого с александровской «Запиской» подчеркнуто особо: «30-12-53», через день после пересылки Пономаренко!) не сочли, видимо, рентабельной «помощь» Чаплину, каких бы прогрессивных взглядов он ни придерживался.

А может, вмешался субъективный фактор: именно в эти дни был (если верить официальной версии) расстрелян А. Берия с его «шайкой», на душе политбюрошников оставался еще неприятный осадок, и им было не до Чаплина с его финансовыми затруднениями.

Как бы то ни было, спустя две недели (14-1-54), александровское письмо оказалось в архиве ЦК КПСС, по-теперешнему ЦХСД — центре хранения современной документации.

Чаплин, конечно, рассчитывал на советскую помощь еще меньше, чем на американскую, без которой он хотел поставить первый фильм в Европе. И справился без той и другой, хотя работа над «Королем в Нью-Йорке» растянулась на четыре года.

И. Пырьев — Г. Александрову и Братьям Гримм

После 1 августа Вам понадобилось еще месяц работы. Однако до сих пор сценарий не сдан, и студия не знакома ни с одним вариантом. Требую предоставить любой.

6 ноября 1954 г.

Г. Александров — И. Пырьеву

ВАНЯ!

Сердечно поздравляю тебя с успехом года!7 Не столько желаю успеха в Новом году, но и сам хочу участвовать в борьбе за него!

Сижу над «Пилигримами»8, и дело идет хорошо, важно, как можно меньше отвлекаться.

Но сегодня сделаю все по семинару.

Привет тебе. Гриша.

1.1.55 г.

Г. Александров — Л. Орловой

Люблю, как человек, тоскую, как собака9.

Г. Александров — открытое письмо английским кинематографистам (Опубликовано в «Советской культуре» 16 апреля 1955 года.)

Дорогие английские друзья! Может, вы прочтете это письмо, может, вспомните наши встречи и беседы в Лондоне и Париже, в Канне и Голливуде, в Мексике, Риме и Берлине?

Дорогой режиссер Чарльз Фрэнд (английский режиссер. — Ю.С.)! Разве Вы хотите, чтобы люди еще раз пережили такие муки, какие Вы изобразили в Вашем прекрасном героическом фильме «Жестокое море»?

А вы, поборник мира и дружбы, замечательный и талантливый режиссер Энтони Асквит (английский режиссер. — Ю.С.)! В своей последней картине Вы изобразили любовь советской девушки и американца, показали, как эту любовь хотели убить темные силы.

Ведь в своей картине Вы ратуете за то, чтобы настало время, когда Любовь будет свободна везде и для всех. И мы, советские художники, также боремся за это. Мы стремимся к тому, чтобы наши картины смотрели повсюду, чтобы английские картины шли на наших экранах, а советские картины смотрели бы в Англии. Нам необходим обмен книгами, спектаклями, музыкой. Ведь никакое искусство не может развиваться замкнуто. Для развития искусства нужен опыт всего человечества.

Я знаю, что мой знакомый директор колледжа в Саутгемптоне профессор богословия мистер Ливбизи не любит политики и не терпит, чтобы в его квартиру доносились звуки внешнего мира. Но я помню, как он рассказывал о немецких воздушных налетах, о том, как его драгоценные статуэтки изумительной китайской работы падали с полок от взрыва бомб и чудом уцелели... Я помню, как он, «ненавидя политику», все же выражал радость по поводу встречи со мной, человеком из Москвы, и говорил, что если он согласится признать какую-либо политику, то это будет политика мира. Может, мистер Ливбизи, наши общие саутгемптонские друзья расскажут Вам о том, что я обращаюсь к Вам из Москвы с призывом проводить политику мира, защищать мир, не допускать атомной войны, от которой уже не уцелеют Ваши изумительные китайские статуэтки...

И Вы, уважаемый энтузиаст кино, писатель и режиссер Пол Рота (английский режиссер. — Ю.С.) — Ваши книги стоят у меня на полках. Ваши слова, сказанные на нашем последнем завтраке в лондонском ресторане «Камо грядеши», свежи в моей памяти. Вы мечтаете о международном Конгрессе кинематографистов. Конечно, Международная встреча режиссеров, писателей, артистов кино для обмена опытом — это замечательно. Но ведь и для этого нужен мир.

Мои английские встречи ясно показывают, что и ведущие деятели культуры, и простые люди — английские шоферы, докеры, металлисты — все, кому дорог мирный труд, не хотят войны.

Я помню встречу в одном из колледжей Кембриджа. Тогда сотни молодых людей разглядывали меня — советского человека. Студенты засыпали меня сотнями вопросов о Советской стране, о наших планах, о советском искусстве. Я с радостью вспоминаю, как на мои слова они отвечали громкими рукоплесканиями. Наша Кембриджская встреча превратилась в праздник надежды на мир. Ведь мы тогда хорошо понимали друг друга. И вы, наверное, помните, друзья, как замолкли, смутились, замерли мы все, когда над крышами Кембриджа пролетели американские бомбардировщики с американских военных баз и их угрожающий гул омрачил радость нашего взаимопонимания и дружбы. Не нужно было слов, чтобы понять, о чем мы тогда думали и как нам хотелось крикнуть:

— Долой бомбардировщики!

— Долой авиабазы!

— Долой бомбы!

Англичане всех возрастов, всех сословий, различных вероисповеданий, разных политических взглядов радушно приглашали меня, чтобы спросить, как думают жить в будущем советские люди и возможно ли сосуществование двух различных общественных систем. Я охотно отвечал на вопросы, рассказывал о фактах советской жизни.

У меня не было возможности удовлетворить все вопросы, но все же я выступил тогда на 90 собраниях (за 30 дней! — Ю.С.), митингах и встречах10.

Замечательные это были встречи.

Было очень мало враждебных вопросов, редко встречалось недоверие. В результате встреч обнаружилось стремление к миру, дружбе и взаимопониманию между нашими странами.

Мне вспоминается разговор с одним англичанином. Он спросил, какое значение имеет его подпись в защиту мира — это ведь капля в море. Я ответил ему замечательной китайской пословицей: «Когда капля падает в море, она уже не капля — она уже море, и нет такой силы, которая могла бы сокрушить его». Так и одна подпись под Стокгольмским воззванием, сливаясь с миллионами других подписей, выражает великую и несокрушимую силу, способную предотвратить войну.

Г. Александров, Л. Орлова — П. Аташевой

31 мая 1955 г., Hotel «Три короны»11, Веве12.

Дорогая Перл!

Четвертый день беседуем и живем с очаровательным Чарли! Разговоры наши бесконечны. Тем так много, что нет... (неразборчиво).

Скоро вернемся к Вам и все расскажем.

Привет Вам из его дома от меня и Любы.

Ваши Гр. Александров, Л. Орлова.

Посылаю через Игнатия Станиславовича лекарства, ибо не помню номер дома и квартиры вашей.

Г. Александров — П. Аташевой

Перочка!

Привет из Хельсинки с Ассамблеи Мира.

Гр. Александров.

Июль 1955 г.

Г. Александров — И. Пырьеву

Дорогой Ваня!

Гипертонический криз и приступ стенокардии «уклали» меня в постель и доставили много неприятностей. И только теперь, после кровопускания и недели одинокого лежания — прихожу в себя...

Сегодня врач определил, что я еще десять дней должен находиться «около постели».

Но поскольку могу уже сидеть за письменным столом, начинаю дорабатывать «Пилигрим» в связи с теми веяниями, которые определились после Женевского совещания Глав правительств.

Если чем-нибудь могу помочь студии (в домашних условиях), то прошу тебя прислать мне материалы и гонцов.

Когда у С. Антонова будут доделки по «Первому снегу», хотел бы внимательно изучить их и помочь Озерову13.

Буду дожимать с Образцовым и Натансоном «Небесное создание»14. Но после того как меня выпустят «в люди», решительно займусь разгрузкой от огромного количества нагрузок и заседаний, которые и являются причиной столь частых болезней.

Привет всем. Желаю успеха всей студии и тебе!

Гр. Александров.

Г. Александров — П. Аташевой

Перочка!

Посылаю 7 пробных (и плохих) отпечатков Чарли. Из них можно сделать хорошее фото15.

Ваш Гриша.

1 ноября 55 г.

Г. Александров — в главную военную прокуратуру16

О В.Э. Мейерхольде

Всеволод Эмильевич Мейерхольд был новатором того типа художников, которые всю силу направляют на ломку старых, обветшалых традиций и стремятся разрушить косность, рутину, консерватизм.

Такие художники расчищают путь к новому, хотя зачастую воздвигают на расчищенном месте произведения весьма спорные, но ведь новое формируется не сразу, формируется не в один год.

Самым положительным в творчестве В.Э. Мейерхольда было то, что он всегда стремился утвердить на сцене Советского театра актуальную, боевую, современную революционную тематику.

Не случайно первые постановки пьес Владимира Маяковского были сделаны Всеволодом Мейерхольдом.

Принцип творческого мышления В. Маяковского и Вс. Мейерхольда совпадали — в сущности, они делали одно и то же дело.

Всеволод Мейерхольд утверждал в театре Владимира Маяковского, а В. Маяковский утверждал в искусстве театр Мейерхольда.

В стремлении быстрейшего нахождения нового, в желании выразить содержание в новых формах, В.Э. Мейерхольд сделал немало ошибок и часто увлекался новизной формы в ущерб новому содержанию. Но при этом во всем его творчестве и во всей его деятельности следует, прежде всего, оценить положительное.

Особенно важна и полезна для нашего искусства деятельность В.Э. Мейерхольда в первые годы революции, когда разрушался до основания «мир насилья», когда необходимо было побороть дореволюционных рутинеров, поколебать устои «царской культуры» и воспитать кадры новых, советских мастеров искусств.

В те годы В.Э. Мейерхольд возглавлял ТЕО (Театральный отдел Наркомпроса), и под его руководством создавалось множество новых театральных коллективов, школ, студий. Возникали и развивались разные художественные направления, которым он не мешал, а всячески способствовал.

Вся художественная и общественная деятельность В.Э. Мейерхольда оказала весьма значительное влияние на формирование взглядов целого ряда выдающихся и знаменитых ныне мастеров советского искусства.

Не без влияния мейерхольдовских принципов сформировался театр Евгения Вахтангова, определился путь выдающихся режиссеров Николая Охлопкова, Сергея Юткевича, Сергея Образцова, Акимова, Михоэлса и многих других.

Такие мастера театрального искусства, как Михаил Царев и Игорь Ильинский, были непосредственными учениками В.Э. Мейерхольда.

В области кино влияние Мейерхольда сказалось на творчестве его ученика, режиссера С.М. Эйзенштейна, создавшего фильм «Броненосец "Потемкин"», который признан сейчас мировой общественностью как лучший фильм мира.

В документальном кино влияние Мейерхольда определило успехи Д. Вертова и Эсфирь Шуб, возглавлявших тогда документальную кинематографию СССР и добившихся больших международных успехов.

Трудно определить и засчитать все влияние Мейерхольда на достижения кино, театра, драматургии, но оно, безусловно, имело место и во многом содействовало нашим большим достижениям в искусстве. Безусловно, это влияние имеется и сейчас. Влияние Мейерхольда не надо преуменьшать, но оно сделало свое большое дело и помогло многим продвинуться вперед, освободиться от некоторых консервативных традиций.

Деятельность и имя Всеволода Эмильевича Мейерхольда нельзя вычеркнуть из истории советской культуры.

Народный артист СССР, профессор ВГИК
кинорежиссер Г. Александров.

6 сентября 55 г.

ПРИМЕЧАНИЕ. Мне не довелось знать близко В.Э. Мейерхольда. Я встречался с ним только в официальной обстановке, но всегда слышал от него самые хорошие советские мысли передового художника.

В начале 20-х годов я выдержал экзамен в театр Мейерхольда, но не остался там, ибо не был согласен полностью с его направлением.

Но не личные, а объективные и общественные отношения определили мое мнение об этом выдающемся деятеле советского театра.

Г. Александров.

Ю. Олеша — Г. Александрову (50-е годы)

Г. А.

Месяц назад я написал Вам письмо.

Получили ли Вы его?

Если получили, то почему не ответили?

Что с Вами?

Отчего Вы осатанели?

На письма надо отвечать, развращенный вы человек!

Г. Александров — И. Пырьеву

Внуково. 31.1.56 г.

Дорогой Ваня!

Гипертония и стенокардия, да еще печень взялись мучить меня объединенными нападениями.

Вот уже 4 года в декабре и январе мне приходится «воевать» с болезнями наиболее активно. Но я уже опытный, и на этот раз избежал больницы.

Все же работа над сценарием идет хорошо. «Пилигримы» получаются настоящей комедией. Но комедия — чертовски неподатливый материал: нужно много терпения, и смешное фиксируется не так скоро, как мне хотелось бы. Надеюсь к XXI съезду партии сделать сценарий.

Очень сожалею, что не буду на Творческой конференции. Передай, пожалуйста, всем товарищам и участникам конференции привет и пожелание успеха.

Желаем тебе здоровья. Гр. Александров17.

Г. Александров и братья Туры — И. Пырьеву

12 февраля 1956 г.

...Мы сдали в декабре 54-го года две серии фильма. Сценарий был обсужден, одобрен, и мы получили ряд поправок. Работали над поправками и вторично сдали в одной серии в июне 55-го года.

Но так как в июле 55-го года состоялось женевское совещание Глав четырех великих держав, то, по нашему общему мнению, сценарий стал нуждаться в большой переработке в своей принципиально-идейной основе. В связи с этим мы договорились о следующем.

Г. Александров самостоятельно пишет сценарий «Шиворот-навыворот» на ту же тему, что и «Пилигримы». Сценарий «Шиворот-навыворот» является его личной авторской работой, поскольку в течение последних нескольких месяцев братья Тур в работе участия не принимали и никаких претензий к этой работе предъявлять не будут.

Если же в сценарии «Шиворот-навыворот» войдут ситуации и сцены сценария «Пилигримы», написанного нами совместно, то этот вопрос будет решаться нами между собой в товарищеском плане, разумеется, исходя из существующего закона об авторском праве.

Уникальный, конечно, документ! Турам, обожавшим своего режиссера по «Встрече на Эльбе», осточертело, видимо, его вечное, из-за загранкомандировок и болезней, ожидание за письменным столом. И теперь, после двух с половиной лет такого «сотрудничества», они, сославшись на то же пресловутое, сломавшее их якобы планы Женевское совещание, вообще выходят из игры.

Г. Александров, Л. Орлова — П. Аташевой

Привет из Нью-Йоркского отеля18.

Л. Орлова, Г. Александров

10 марта 56 г.

Г. Александров — П. Аташевой

Голливуд. 56 г.

Периночка!

Посылаю Вам лекарство и записку от Зины. Желаю здоровья. Зина советовалась с доктором в Нью-Йорке, и он прописал это лекарство как лучшее.

Ваш Гриша.

Г. Александров, Л. Орлова — П. Аташевой

Перочку

Приветствуем из Парижа.

А. Орлова, Г. Александров

12 марта 56 г.

Г. Александров — П. Аташевой

Перл!

Помогите вернее разобрать записку этого «черта» Айвора.

Гриша.

14 апреля 56 г.

Г. Александров — ЦК КПСС

9 мая 1956 г.

В Центральный Комитет Коммунистической Партии Советского Союза.

В 1946 году я выпустил свою последнюю кинокомедию «Весна». В течение нескольких последних лет я не снял ни одного комедийного фильма. Несмотря на то, что за это время мною сделано несколько некомедийных фильмов («Встреча на Эльбе», «Композитор Глинка»), я упорно работал параллельно над сценарием кинокомедии, стремясь достичь новых успехов в развитии этого жанра. Я работал с писателями Эрдманом и Вольпиным, Дыховичным, начинал работу с В. Катаевым, Н. Погодиным, с Мих. Зощенко, братьями Тур и другими, пытаясь найти возможности для новых успехов советской кинокомедии. Но 12 сценариев, над которыми я работал, в производство не пошли. Многие из них были закончены, некоторые остались незавершенными.

В настоящий момент я написал сценарий новой кинокомедии на тему сосуществования разных социально-политических систем и развернул действие этой темы на путешествии иностранных туристов по СССР. По моему мнению, этот фильм должен показать нашу страну с ее лучших сторон, продемонстрировать достижения социалистического общества на всех главных участках, раскрыть принципы жизни многонациональной семьи советских народов, дружно соединяющих свои усилия в строительстве коммунизма.

Мне казалось, что было бы очень правильно, если бы роли иностранцев исполняли известные иностранные артисты, чтобы двух американцев играли американские актеры, англичанина, французов, немцев играли бы артисты этих стран. Их участие в этом фильме, их личное пребывание во время съемок на наших стройках, на целинных землях, в колхозах, на заводах, атомных станциях, на курортах, их полеты на наших реактивных самолетах и т. д. и т. п. подтвердили бы ту правду, которую я намереваюсь показать в картине. Они были бы свидетелями, что все, что показывается в картине, — не бутафория, не макеты, а реальная советская действительность.

Но в течение последних двух лет я не могу договориться с руководством Министерства культуры СССР о решении этого вопроса. А от решения его зависит весь принцип постановки и режиссерская разработка.

Я считаю также, что участие знаменитых артистов разных стран обеспечит успех нашему фильму во всех странах мира, ибо, как известно, имена известных артистов имеют решающее значение для успеха картины в капиталистических странах.

Мне кажется, что тема сосуществования и мирного сотрудничества нашей страны с капиталистическими странами будет не только показана в этом фильме, а практически осуществлена и на деле показана ее возможность, если в этой картине примут участие известные представители американского и европейского кино.

Я обращаюсь с этим письмом в ЦК с надеждой, что высказанные мной соображения продиктованы не моей личной заинтересованностью, а интересами общей политики советского государства. Прошу разрешить мне пригласить для участия в этой картине 5 иностранных знаменитых киноактеров, примерно таких, как Пауль Муни (США), Ив Монтан и Симона Синьоре (Франция) и Марьяна Шенауэр (Австрия)19, одного английского и одного немецкого комика.

В случае невозможности работы кого-либо из них, подобрать других, соответствующих целям картины известных актеров. Если этот вопрос будет решен положительно, это поможет мне разработать режиссерский сценарий в расчете на их участие и реализовать, как мне кажется, очень важную для настоящего момента постановку картины на тему о сосуществовании. Кроме того, я хотел бы включить в фильм такие события, факты и обстоятельства, которые бы сделали его юбилейным фильмом к 40-летию Великой Октябрьской социалистической революции.

Кинорежиссер Гр. Александров.

Г. Александров — Н. Эрдману

Дорогой Коля! Во время болезни перечитал записи по «Секрету успеха» и придумал новую схему сценария, как мне кажется, более интересную. Хотелось бы повидаться с Вами и Мишей (М. Вольпин. — Ю.С.) и обсудить вопрос о «Секрете успеха». Хотите ли вы принимать участие в окончании сценария или нет, я твердо решил работать над сценарием и закончить его.

В настоящее время я закончил сценарий «Пилигримы» и буду снимать эту комедию. Но так как работа над «Секретом успеха» дело не такое быстрое, то хотелось бы закончить его к концу съемок «Пилигримов» с тем, чтобы я мог иметь к осени будущего года готовый сценарий20. Все это надо обсудить и решить.

Гр. Александров.

Г. Александров — И. Пырьеву

Директору киностудии «Мосфильм»
тов. И.А. Пырьеву.

Уважаемый Иван Александрович!21

Я рассчитывал, что оправлюсь после болезни и смогу приступить к активной работе в конце этого месяца, но 17 июля врачи, обследовав мое состояние, обнаружили, что последствия спазм мозга и сердца, случившегося у меня на почве гипертонии, не ликвидируются так быстро, как хотелось бы. Головные и глазные боли пока еще не покидают меня. Мне предписано весь август продолжать лечение и запрещено приступать к работе.

Ввиду этого прошу Вас дать указание об оформлении мне отпуска за 1956 год. Сейчас я нахожусь в отпуске за 1955 год. Я также хотел просить дирекцию студии «Мосфильм» и фабком помочь мне получить за отпуск полную зарплату, так как в этом году я ее нерегулярно получал, и у меня может оказаться слишком ничтожная сумма.

Я также хотел просить Вас оплатить мне работу по картине «Небесное создание», в работе над которой я принимал участие до моей болезни в течение года, и очень сожалею, что именно последние месяцы, когда решалась судьба картины, я выбыл из работы. Но, тем не менее, я в течение 10 месяцев внимательно и систематически помогал Георгию Натансону и Сергею Образцову.

Хочу сообщить также, что в промежутке между головными и глазными болями я работаю над сценарием «Пилигримы» и достиг хороших успехов.

Надеюсь, что в начале сентября я смогу включиться в практическую работу по подготовке этой картины. Для этого мне необходимо будет совершить поездку на стройки и целинные земли Сибири, где будет разворачиваться действие картины. Я прошу это иметь в виду и оказать мне содействие. После проверки всех моих сценарных положений на месте, т. е. в Сибири, я смогу сдать режиссерский сценарий.

Уважающий Вас режиссер Гр. Александров.

17 июля 1956 г.

При сем прилагаю мое заявление об отпуске.

Г. Александров — И. Пырьеву

Директору к/с «Мосфильм» тов. Пырьеву И.А.

Уважаемый Иван Александрович!

Болезни мои удалось преодолеть, сейчас вместе с врачами занимаюсь укреплением достигнутых лечением результатов. По всей видимости, к 20-м числам августа я смогу включиться в работу, и хотя врачи рекомендуют мне не сразу загружать себя «на полную железку», мне хочется осуществить поездку в Сибирь, необходимую для завершения «Пилигримы».

Я учел критику Худсовета студии да и сам многое передумал за три месяца болезни и сочинил новый вариант сценария, который, по моему мнению, будет очень актуальным и важным для нашего кино.

В мою задачу входит показать в этом фильме самые важные участки строительства коммунизма в нашей стране. В связи с этой задачей Сибирь приобретает важное и большое место в сценарии.

Поскольку у меня есть сформировавшаяся идея, которая мне предельно ясна, поездка в те места, где должно происходить действие, — Братская ГЭС, озеро Байкал, целинные земли, тайга и т. д. — крайне необходима, так как я хочу лично, своими глазами, проверить факты и одновременно выбрать натуру.

Для этого прошу организовать мою поездку в Свердловск, в Омск и Новосибирск, с выездом в Барнаул и другие районы целинных земель, Красноярск (Красноярская ГЭС), Иркутск, чтобы можно было осмотреть Байкал, совершить путешествие по Ангаре и побывать на Братской ГЭС.

Я хотел бы выехать в Сибирь в конце августа и прошу дирекцию студии помочь мне организовать эту поездку, прикомандировав ко мне помощника, который бы помогал мне во всех организационных делах. Было бы совсем хорошо, если бы со мной мог выехать фотограф, чтобы зафиксировать натуру и типаж, а может быть, и оператор Айзенберг, с которым я намереваюсь снимать фильм. В конце сентября, вернувшись из поездки, я мог бы закончить разработку сценария, имея в руках фактический материал, а в ноябре сдать его, чтобы войти в производство.

Прошу дирекцию оказать мне содействие в сформировании группы из трех человек, с которой мы могли бы изучить маршрут, запастись ответственной информацией и составить план поездки. Эти работы следовало бы начать сейчас, так как времени осталось не так уж много.

И хотя врачи не разрешают мне после перенесенных спазм мозга и сердца активно включиться в работу в ближайшие месяцы, они разрешают мне поездку в Сибирь, так как считают ее рациональной в смысле лечения.

Г. Александров — П. Аташевой

9 августа 56 г., Внуково.

Дорогая Пера!

Посылаем Вам Serpasil в дозе 0,1 мг. Это самая правильная порция, которую нужно принимать дважды во второй половине дня. Знайте, что Серпазил расслабляет.

Над сценарием для телевидения о Чарли подумаю. В понедельник или во вторник буду в Москве и позвоню Вам.

Сердечный привет и пожелание здоровья от Любы и меня.

Ваш Гриша.

Г. Александров — П. Аташевой

Внуково. 27.12.56 г.

Дорогая Перл!

Просим Вас созвониться с Садулями22 и приехать к нам 29-го во Внуково. Вместе с ними. Я уже с ними об этом говорил. Мы будем рады Вас и их повидать.

Ну а с телевидением поговорим несколько позже.

Если же (почему-либо) Садули не смогут посетить Внуково, то сговоритесь с ними, когда 29-го мы можем посетить их, и дайте нам знать через Игнатия Станиславовича.

Целуем и ждем. Ваш Гр. Александров.

Г. Александров — П. Аташевой

27 января 1957 г. Внуково.

Дорогая Перл!

После Вашего посещения Внуково все дни ко мне приезжали люди с разными неотложными делами, и я не смог написать текст выступления (о Чаплине. — Ю.С.) так, как мне хотелось бы.

Я продиктовал его как основу, которую к моменту записи можно будет отредактировать и отшлифовать.

Любовь Петровна может поработать с Вами над своим текстом (для передачи о Чаплине. — Ю.С.) и уточнить его.

Надеюсь через пару дней быть в Москве. Сердечный привет Вам и Нине.

Гр. Александров.

16 февраля.

Что предполагалось — и что получается!

Так плохо было мне, что я не мог выслать текст (о Чаплине. — Ю.С.). А сейчас он мне не нравится... Надо теплее, человечнее... Надо более лично... А единственных слов еще не хватает.

Посылаю Вам то, что мне не нравится. Посмотрите, может быть, я ошибаюсь. А потом посоветуемся.

Целую. Ваш Александров.

Перл! По-моему, у вас есть копия моего текста о Чаплине, с которым я выступал на радио, а у меня нет. Если да, то пришлите мне его, пожалуйста!

Зам. директора «Мосфильма» Чекин — Г. Александрову

Дорогой Григорий Васильевич!

Вы ставите руководство к/с «Мосфильм» в очень тяжелое положение. Несмотря на то, что вы дали обещание не раньше 15 мая передать законченный сценарий «Русский сувенир», включенный приказом министра культуры в производственный план 1957 года, этого сценария мы до сих пор не имеем. Мы полагаем, что нужно придерживаться указанных сроков, тем более что мы со своей стороны пошли на удовлетворение всех Ваших просьб.

Убедительно прошу Вас выслать законченный сценарий «Русский сувенир». Крепко жму руку.

С уважением И. Чекин.

* * *

Об одной такой же «просьбе» можно судить по письму того же Чекина новому директору «Мосфильма» К. Фролову:

«Считаю возможным удовлетворить просьбу Г.В. Александрова о выплате ему 10 000 в счет аванса за работу над сценарием "Русский сувенир".

Сценарий в основном закончен, имеет явную производственную перспективу и будет сдан автором 10 мая с. г.».

Г. Александров — П. Аташевой

Внуково. 13.4.57

Дорогая ПЕРЛ!

Ухудшение здоровья вынуждает меня «изолироваться». Если возможно отложить «Чаплинскую» передачу на май, то прошу это сделать. Если невозможно, то организуйте без меня... Очень, очень жаль! Было бы хорошо всем нам вместе устроить передачу о нем.

И еще прошу помочь мне с переводом на английский поздравительной телеграммы23. В понедельник, 15-го, буду в Москве у врачей и буду звонить. Звонил 11-го и не дозвонился.

Целую Вас.

Желаю здоровья, Гриша.

Люба сердечно приветствует.

Г. Александров — К. Финну24

17 мая 57 г.

Дорогой Константин Яковлевич!

События идут не совсем так, как хотелось бы. Сначала мы долго не видели Вас во Внуково, потом нас загнали в Барвиху, и мы оба разболелись.

Но я не оставляю мысли о пьесе, которую мы с Вами задумали.

К. Финн — Г. Александрову (без даты)

Дорогой Григорий Васильевич!

Жду Вас, приходите обязательно. А то завтра я опять с утра — в Москву. А в воскресенье приезжает Нина Петровна (жена К. Финна. — Ю.С.), и все на несколько дней смешается, как «в доме Облонских».

Г. Александров — К. Финну (1957 г.)

Дорогой Константин Яковлевич! Н. Вирта сказал мне, что они с Татьяной Ивановной будут у нас. Мы возвращаемся к 5 часам и будем ждать всех вас. Попьем чайку и потолкуем.

Г. Александров, Л. Орлова — В. Володину

Дорогой наш любимый друг Владимир Сергеевич!

Горячо и сердечно поздравляем Вас в день славной и талантливой пятидесятилетней деятельности!

С благодарностью вспоминаем совместную работу с Вами в кинокартинах «Цирк», «Волга-Волга», «Светлый путь» и незабываемые образы, созданные Вами.

Желаем Вам, замечательному человеку и великому мастеру комедии, новых успехов и побед во славу нашего Советского искусства

Верные поклонники Вашего неповторимого таланта

народные артисты Советского Союза

Любовь Орлова, Григорий Александров.

Санаторий «Сосны», 1 июня 1957 г.

Целуем, любим и жаждем увидеть, как только болезни позволят.

Просим огласить на юбилейном вечере.

Г. Александров — П. Аташевой

Дорогая Перл!

Мне самому не удалось за эти дни попасть на дачу, и поэтому мне привезли не те папки, в которых письмо Айвора. Прошу Вас выручить меня и поговорить сегодня принципиально, без письма.

А в ближайшие дни я поеду на дачу и достану письмо — тогда возможно будет уточнить.

Выручайте и объясните Айвору ситуацию.

Сердечный привет. Гр. Александров.

Внуково, 8 августа 57 г.

P.S. Мою английскую телеграмму покажите Жданову и посоветуйтесь, как мне ответить.

Супруги Жерары — Г. Александрову

Дорогой друг!

У нас осталось чудесное воспоминание от нашего пребывания в Москве и от теплого приема, который Вы нам оказали. Вернувшись домой, мы с нетерпением ждали от Вас новостей, так как Вы нам обещали известить нас заранее и как можно раньше, когда мы сможем приехать в Москву на пять недель для того, чтобы принять участие в Вашем фильме «Воспоминания о России». Мы анонсировали во всех газетах, что Филип Жерар будет играть самого себя в следующем фильме Г. Александрова. И надеемся, что нет никаких препятствий и недоразумений в отношении реализации задуманной Вами работы и что только небольшая задержка является причиной Вашего молчания.

Будьте добры как можно скорее фиксировать время нашего приезда в Москву хотя бы приблизительно.

1 января 1958 г.

* * *

Совершенно трагикомическая история! С известным французским композитором Ф. Жераром Орлова и Александров познакомились в Париже 10 лет назад, на пути из Венеции в Москву.

«В зале Плейель, — вспоминает режиссер, — объявлен наш концерт. Но вот беда — у нас нет с собой нот. Тогда друзья за день до концерта привели к нам композитора Филипа Жерара. Состоялась репетиция. Лучшего аккомпаниатора трудно было представить. Марш "Веселых ребят" вместе с Орловой пел весь зал».

10 лет спустя, в дни Московского фестиваля молодежи и студентов, супруги Жерары навестили на «Мосфильме» Александрова, снимавшего «Человек человеку...».

«И вдруг он неожиданно обратился к Жерару (Это уже вспоминает А. Бобровский, работавший у Александрова вторым режиссером. — Ю.С.):

— Я предлагаю Вам сыграть одну из главных ролей в моем фильме.

Гости опешили. Я смотрел на Александрова. О какой роли он говорит?

...Когда мы остались с Александровым наедине, я спросил его, как понимать его предложение мсье Жерару:

— Он ведь не актер, да и роли пока — тут я сделал ударение — не намечается ("Человек человеку..." был фильмом-концертом. — Ю.С.).

Глаза Александрова под полузакрытыми веками шевельнулись, и он не сразу ответил:

— Видите ли... Он через неделю вернется в Париж. И поскольку Филип Жерар личность известная, газеты у него возьмут интервью. И все узнают, что я начал работу над новым фильмом... Теперь вы понимаете?»

...Спустя полгода забывший уже о своем приглашении Александров получил письмо от заждавшихся Жераров. Ответил ли он им — неизвестно, во всяком случае, спрашивал парижский адрес Жераров у С. Образцова. Но если и ответил, то нашел, конечно, такую убедительную причину своего полугодичного молчания, что бедный Жерар поверил в нее так же свято, как в то, что ему предстояло сыграть одну из главных ролей в фильме Александрова.

* * * <р3>Р. Гриффит25 — Г. Александрову

Мистер Александров!

Мистер Синклер решил, что теперь мы уже можем заняться материалом фильма «Да здравствует Мексика!». Но он сказал, что негатив должен остаться навсегда в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Так что мы можем продать только позитив плюс гонорар, который определит музей за услуги по сохранению материала и предоставления его Вам. И хотя мы берем плату за любое коммерческое использование этого материала, я не думаю, что было бы корректно брать плату с Вас, как с сорежиссера этого фильма.

В связи с чем было высказано предположение о Вашей договоренности с советским киноархивом, чтобы в обмен на «Да здравствует Мексика!» он отдал нам какое-то количество советских фильмов26.

Мы не настаиваем, чтобы такой обмен прошел по принципу «метр за метр», ибо вряд ли советский архив согласится отдать нам фильмы общим объемом в 200 000 футов27. Но если Вы хорошо обдумаете это предложение, то я перешлю вам список фильмов, которые бы мы хотели иметь.., и с этого мы начнем наши дела.

В любом случае, Вы можете заказать любое количество мелкозернистого фото в любой, по Вашему желанию, Нью-Йоркской лаборатории, но за свой, разумеется, счет.

Остается главный вопрос, сколько именно Вы хотите получить материала. Вполне возможно, что Вы захотите иметь весь. А если не весь, то единственным надежным указателем того, что должно быть для вас отпечатано, может быть тот, что сделал Д. Лейда28, который работает сейчас в Парижской синематике. Возможно, Вы с ним уже связались. В любом случае Лейда заверил меня, прежде чем уехал, что имеющихся материалов достаточно, чтобы восстановить фильм С. Эйзенштейна.

P.S. Вообще-то я должен быть очень сердит на Вас, потому что после Вашего возвращения из США в вашем интервью «Правде» был пересказан анекдот, который я Вам рассказал. А это произвело здесь фурор весьма значительный. И могло плохо для меня кончиться, но, как видите, я все еще на своем посту.

Искренне Р. Гриффит.

* * *

Александров никогда, и при Эйзенштейне, и особенно после него, не прекращал попыток вызволения из синклеровского плена мексиканского материала. В 1952 году, сетовал он, только я договорился с тогдашним директором Нью-Йоркского музея Вандейком, как грянула американско-корейская война, и о договоренности пришлось забыть.

Была еще одна попытка, рухнувшая не по вине режиссера. И наконец эта...

Но прошло еще 17 лет, пока писавший «мексиканскую» главу своих воспоминаний Александров узнал: «пришло долгожданное известие о том, что материал несмонтированного фильма «Que viva Mexico!» прибыл из Соединеных Штатов в СССР. Госфильмфонд обменял его на несколько наших фильмов».

* * *

Г. Александров — Р. Гриффиту

20 мая 1958 г.

Дорогой Дик!

Спасибо за Ваше утешительное письмо. Я думаю, что Вы неправильно поняли мою просьбу об «Аташевой». Поскольку практически все, что я просил, уже изучено, то учебные фильмы Лейды, их карточки и каталоги не требуются срочно, хотя я рад буду их получить, поскольку они подскажут, где находится материал, отсутствующий даже в фильме Лейды.

Я, конечно, произвел еще одну инвентаризацию всего, что мне надо, но не уверен, что все собралось в одной папке. В любом случае, П. Аташевой нужны те 50 метров, о которых я упомянул. В последнем письме она уверена, что этот материал уже на пути к ней для работы над биографическим фильмом29. Хотелось бы, чтобы Вы снова посмотрели мое последнее письмо и отправили эти две вещи ей или Катаняну. Тут вопрос о том, чтобы снизить цену, не стоит, потому что я заплачу за это.

...Может быть, начать с наиболее простого: с группы кадров с субтитрами об Эйзенштейне и Александрове, «пойманных» тогда камерой Тиссэ.

...Я предпринимаю фантастические и донкихотские усилия, чтобы избежать официальных контактов между синематикой и «Пирсон-компанией»30. Может, это поможет в решении таможенных вопросов. Но если бы Вы прислали мне официальный документ о том, что Вы предоставляете мне эти фильмы для некоммерческого использования, это бы мне помогло.

Получил еще одно хорошее, теплое письмо от Айрис. Она не уверена, что приедет, но она старается.

Искренне Гр. Александров.

Г. Александров — Т. Тэсс

Внуково. 12.1.59 г.

Дорогая Татьяна Николаевна!

Несказанно рад прочесть Ваши строки о моем скромном эксперименте31.

Такие мысли бродили у меня, когда работал, но никто пока не понял и не высказал их, кроме Вас!

Мне очень приятно и радостно, что Вы подметили самое важное: творческие возможности, эстетические и поэтические наметки.

Большое спасибо Вам за творческую помощь. Это мне помогает сейчас в работе над комедией «Русский сувенир». Хотел бы сделать ее уже не в «арифметических», а в «математических» возможностях.

Жаль, что стенокардия задерживает работу. Только такие подарки, как Ваш, помогают больше, чем медицина.

Любовь Петровна шлет Вам сердечные приветы и самые хорошие пожелания.

Оба мы мечтаем повидать Вас во Внуково. Как только «выправлюсь», я буду Вас искать.

С уважением и дружбой Гр. Александров.

И нежно целует. Ваша А. Орлова.

Г. Александров — С. и А. Образцовым

Дорогие соседушки!32

Просим пожаловать Вас на обед по случаю посещения нашего дома французскими и итальянскими друзьями: режиссер Пелегрини, критик Казераги, Андрэ Дебри33 и др.

По расписанию гости прибывают от 5.30 до 6 вечера.

Дорогих соседей
просим не забыть
захватить гитару,
в шесть часов прибыть.

Г. Александров — Н. Михайлову34 (1959 г.)

Уважаемый Николай Александрович!

В связи с Вашим указанием группа «Русский сувенир», внимательно изучила возможности сокращения сметы и пришла к единодушному выводу, что дальнейшее сокращение невозможно без коренного изменения сценария, сюжет которого построен на показе широкой панорамы коммунистического строительства от Байкала до Москвы и показе целей и результатов семилетки35.

Группа обязуется приложить все силы и энергию к тому, чтобы по ходу работы всеми средствами бороться за максимальную экономию. Группа приняла социалистическое обязательство выполнить Государственный план по полезному метражу к 42-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции и закончить съемки к 5 ноября 1959 года вместо 10-го по Госплану.

Г.В. Александров, народный артист СССР, профессор.

А. Ашкенази — Г. Александрову

Режиссеру-постановщику фильма
«Русский сувенир» Г.В. Александрову

Уважаемый Григорий Васильевич!

Фильм «Русский сувенир» был запущен в подготовительный период 5 марта 1959 года.

На состоявшемся 3 марта с. г. совещании со Сценарно-редакторским отделом Управления по производству фильмов было указано, что метраж фильма значительно занижен, сюжетное построение, а также диалоги требуют основательной доработки.

На совещании отмечалось также, что демонстрация перед иностранцами достижений Советского Союза несколько нарочита, что драматургическое назначение некоторых эпизодов остается одним и тем же, и поэтому теряется ощущение закономерности. В большинстве случаев эти эпизоды не меняют отношения героев сценария, а только лишний раз подчеркивают наши достижения, не влияя на драматургию сценария и, следовательно, легко и безболезненно могут быть из него изъяты.

Вами были приняты все сделанные замечания и дано обещание в ближайшие дни после запуска фильма в подготовительный период представить сокращенный, исправленный и пригодный к производству режиссерский сценарий.

Однако представленный Вами лишь 20.4.59 года, т. е. через полтора месяца после начала подготовительного периода, режиссерский сценарий почти ничем не отличается от предыдущего варианта (я имею в виду чисто производственную сторону): метраж остался заниженным, количество объектов не только не сократилось, но даже увеличилось, и диалоги не исправлены.

Режиссерский сценарий в таком виде, в котором вы его представили, не может уложиться в лимитный срок производства фильма — девять месяцев и в запланированную сумму ассигнований — 4 миллиона рублей.

Для того, чтобы такой сценарий уложить в утвержденный лимит, необходимо значительно сократить его путем исключения полностью некоторых объектов, нисколько не снижая этим качество будущего фильма.

Я полагаю, что указанную работу необходимо проделать именно сейчас, в подготовительном периоде. В противном случае к ней неизбежно придется вернуться в съемочном периоде, поставив тем самым съемочную группу в простой, а план студии в тяжелое положение.

Необходимо также в ближайшие два-три дня окончательно утвердить кандидатов на основные роли, дабы успеть пошить им костюмы.

После совещания у тов. Сурина В.Н. (Генеральный директор «Мосфильма». — Ю.С.) прошло два дня. Дальнейшее затягивание вопроса считаю невозможным. Прошу Вас продумать план к 4—5 мая с. г. и дать свои соображения по сокращению сценария.

Уважающий Вас А. Ашкенази36.

30 апреля 1959 г.

Н. Тихонов37 — Г. Александрову (1959 г.)

В субботу в двенадцать часов дня Пленум Комитета Ленинских премий утверждает список кандидатов, оставленных для обсуждения. Ваше присутствие совершенно обязательно. В противном случае не будет обеспечен кворум заседания.

Н. Тихонов.

Г. Александров — С. Образцову

Дорогой Сергей Владимирович!

Меня восхищает и трогает до глубины души ВАШЕ ВОССТАНИЕ против того, что Вы так метко назвали гаерничеством.

За последнее время вместо критики стало модно паясничать на потеху публике и вместо критической помощи выступать с пошлыми фельетонами по поводу авторов.

Как приятно, что Вы со своей удивительной энергией сотворили это великое дело — с таким блеском ума нашли для этого верную и принципиальную позицию. Как радостно, что Вы привлекли к этой атаке выдающихся представителей нашей интеллигенции и тем самым сделали это выступление в «Известиях» МОГУЧИМ ОБЩЕСТВЕННЫМ ПРОТЕСТОМ38.

Мне уже довелось слышать от разных людей: писателей и академиков, театральных деятелей, композиторов и дипломатов одобрение и восхищение Вашим благородным поступком.

Все это безмерно радует меня и помогает преодолеть дурные мысли и избежать «размагничивания».

Я всегда любил Ваш талант и Вашу человечность.

Нужны ли тут слова?

Можно ли выразить словами чувство глубокой благодарности и радости за настоящее добро, которое необходимо не только мне, но и всем, кто занимается творчеством, экспериментирует и ищет в искусстве и науке.

Спасибо!

Г. Александров, Л. Орлова — С. И А. Образцовым

Приходите пить чаек
и грузинский коньячок.
В 8 вечера, как раз! —
хорошо б увидеть вас.
В этом новеньком году,
горестей не знаючи,
вражьей силе на беду
жить Вам припеваючи!

Г. Александров, Л. Орлова — А. ПОПОВУ39

Дорогой Алексей Дмитриевич!

Большое Вам спасибо за книгу Вашу40, за теплые слова, написанные нам.

Книгу читаем с большим вниманием, она так интересно написана и так нужна всем нам.

Желаем Вам в Вашем авторском начинании большого творческого успеха.

Надеемся увидеть Вас и Анну Анатольевну у себя.

Желаем Вам здоровья, всего самого хорошего и еще раз благодарим за внимание.

Ваши А. Орлова, Г. Александров.

31.1.60 г. Внуково

Г. Александров, Л. Орлова — А. Поповой

Глубоко скорбим вместе с Вами об огромной человеческой потере.

Алексей Дмитриевич был для нас другом и учителем. Мы любили его как огромного мастера нашего театра и как замечательного товарища по идейной борьбе.

Вечная ему и славная память!

Ваши Л. Орлова, Г. Александров.

17.8.61 г.

Л. Погожева — Л. Орловой, Г. Александрову

Дорогие Любовь Петровна и Григорий Васильевич!

В ближайшем номере мы хотим напечатать воспоминания о И. Дунаевском, его неопубликованные рукописи, письма и т. д.

Конечно, необходимо открыть эту подборку заметкой или заметками режиссера и главной исполнительницы самых известных фильмов с музыкой Дунаевского.

Большая просьба к Вам, Григорий Васильевич и Любовь Петровна, прислать хотя бы небольшие письма в редакцию на эту тему «композитор — душа фильма», «композитор и актриса» и т. д.

Этот номер сдается в печать 25.5.61 г.

Жму руку и обнимаю Вас.

Л. Погожева41.

8.5.61 г.

Г. Александров, Л. Орлова — Т. Тэсс

В «День Татьянин» поздравляем,
Всего лучшего желаем!
Чтоб сильна была, здорова —
Александров и Орлова.

Х. Херсонский — Г. Александрову

Тов. Г.В. Александрову,
Президенту общества «СССР — ИТАЛИЯ».

Дорогой Григорий Васильевич!

В 1558 — 1639 гг. жил в Италии (в конце жизни во Франции) гениальный ученый, поэт и борец за освобождение Италии Томмазо Кампанелла.

Выдающийся представитель эпохи Возрождения, о котором говорил Энгельс: «Это было время, нуждавшееся в гигантах и породившее гигантов учености, духа и характера», Кампанелла прожил жизнь необыкновенную, можно сказать, фантастическую по героизму, целеустремленности и перенесенным испытаниям.

В годы инквизиции и власти иезуитов, в годы черной реакции, пославшей на костер другого великого мыслителя, Джордано Бруно, и заставившей Галилея отречься от своих научных открытий, Томмазо Кампанелла, проведший 33 года в тюремном заключении и искалеченный чудовищными пытками, ни на день не отказывается от борьбы, не теряет убежденности, что только коммунизму суждено принести человечеству освобождение и счастье, совершает побеги, организует народные восстания и пишет в застенке свой знаменитый «Город Солнца» — социальную утопию, ставшую одной из первых проповедниц коммунистических идей.

Имя Томмазо Кампанеллы стоит на сером гранитном обелиске у Кремлевской стены в Москве среди имен величайших революционеров, мыслителей и борцов всех времен.

Я обращаюсь к Вам, Григорий Васильевич, не только как к кинорежиссеру, но и как к Президенту общества «СССР — ИТАЛИЯ». Вот замечательная тема для создания фильма совместными усилиями советских и итальянских кинематографистов.

Огромное актуальное политическое значение такого фильма несомненно.

В каждом эпизоде биографии Кампанеллы — обвинительный акт мракобесию, не только средневековому, но и современному. В каждом эпизоде — обвинительный акт всем и всяческим угнетателям народа, подавляющим стремление народа к свободе, к братству и счастью. Фильм в целом, чем более он будет исторически точен и правдив, тем сильнее может быть наполнен духом героической борьбы с реакцией всех времен и всех мастей, а в современных условиях — с фашизмом и империализмом, не говоря уже об испанском и итальянском католичестве, о папстве, в страстной схватке с которым бился Кампанелла.

Для каждого художника, особенно для деятелей кино, биография Кампанеллы дает необыкновенно благодарный материал, потому что все в ней воплощено в непрерывном увлекательном действии, в таких захватывающих драматических «приключениях», которых бы не смог выдумать для своих мушкетеров и графов Монте-Кристо ни один Дюма, я уж не говорю, что никакие мушкетеры и даже Робин Гуды и прочие герои романтико-приключенческого жанра, все вместе взятые, не проявляли такой силы духа и мысли, такой идейной целеустремленности, как Томмазо — могучий сын итальянского народа.

Мне мыслится, что это должен быть фильм не в одной, а в трех (двух, по крайней мере) сериях с итальянским актером в главной роли и с актерами разных национальностей в других ролях. Для руководства съемками может быть создана режиссерская коллегия. Натуру следует снимать в Италии, частично во Франции. Павильонные съемки, а их много, могут быть сделаны у нас. Для написания сценария, очевидно, лучше всего по современному итальянскому обычаю составить коллектив. Что касается меня, я не претендую на большее, чем скромное в нем участие. Составляя предварительную канву сценария, можно воспользоваться книгой А. Штекли «Кампанелла» («Молодая гвардия», серия «Жизнь замечательных людей», 1959 г.), явившуюся сводом многочисленных прошлых исследований жизни и творчества Кампанеллы.

С искренним уважением Херсонский Хрисанф Николаевич42.

30 января 1962 г.

Г. Александров, Л. Орлова — П. Аташевой

Сердечные приветы из Венеции, Флоренции и Рима!43

Целуем Перочку!

Люба, Гриша.

Рим. 28 мая 1962 г.

Г. Александров, Л. Орлова — П. Аташевой

Прилагаем изображение во вкусе современного кино.

Композиция для широкого экрана44.

Х. Херсонский — Г. Александрову

19 июля 62 г., Болшево.

Дорогой Григорий Васильевич!

Я знаю, что Вы очень заняты... Но...

Пролетело уже немало месяцев с того дня, как Вы проявили интерес к моей идее сделать фильм о Кампанелле (совместно с итальянцами). Определилось ли что-нибудь с этими замыслами?

Весной у Вас в объединении45 обсуждался сценарий «Доверие» Алексея Никитина и мой... Почему мне никто ни слова не написал о его судьбе? Хотя тоже прошло довольно времени... Он не вызвал у Ваших редакторов желания разговаривать с авторами?

И уже давно Александр Михайлович Пудалов просил Вас познакомиться со сценарием КОМЕДИИ «Четыре по двести», написанным Ин. Романовичем и мною...

Очень прошу Вас о внимании!

С искренним приветом Ваш Хрисанф Херсонский.

Г. Александров — Л. Орловой

Скучать начал, как только вернулся домой46.

Г. Александров, Л. Орлова — Э. Триоле47

Внуково. Воскресенье. 11 февраля 1962 г.

Дорогая Эльза Юрьевна!

Несказанно рады получить от Вас расписание гастролей «Милого лжеца». Благодарим Вас горячо!

Теперь налаживаем приезд на март месяц (2-я половина скорее всего), тогда, как спектакль будет (почти) готов и артисты смогут сыграть его для Вас!

Смотрели постановку «Милого обманщика» в театре Акимова48 и еще раз убедились, как хорош Ваш перевод! А также убедились в том, что наши творческие намерения куда интереснее. Посмотрим, что получится.

Работаем с воодушевлением, хотя простуды изрядно помешали нам в последнее время.

Надеемся, что Вы и Луи (Л. Арагон — муж Э. Триоле. — Ю.С.) здоровы и что отвратительные вылазки «пластико-бомбистов»49 будут прекращены и террористы будут обезврежены. У нас по этому поводу всеобщее возмущение.

Желаем Вам и Луи, чтоб все было хорошо! Надеемся скоро Вас повидать.

Ваши А. Орлова, Г. Александров.

Л. Орлова, Г. Александров — Э. Гарину

Внуково. 10 ноября 1962 г.

Комика редчайшей породы, большого артиста, умеющего вызывать умный смех, благородные чувства и высокие мысли.

Талантливого мастера сцены и экрана Эраста Гарина дружески обнимаем в день настоящего совершеннолетия50 и желаем совершенного успеха, совершенного здоровья, совершенных побед!

Приветствуем Эрастова соратника и друга Хесю Локшину.

Любовь Орлова, Григорий Александров.

Г. Александров, Л. Орлова — Семье Т. Тэсс

Дорогие Татьяна Николаевна и Юрий Владимирович!

Желаем в новом, 1963 году
365 раз — Доброго утра
365 раз — Творчески успешных дней
365 раз — Спокойной ночи.

Г. Александров — П. Аташевой (февраль 1963 года)

Вспоминал Старика (С.М. Эйзенштейна. — Ю.С.), шлю Вам свои приветы и хочу Вас повидать.

Александров.

Телеграмма написана по поводу 15-летия со дня смерти С. Эйзенштейна. Она последняя из сохранившейся переписки Александрова с Аташевой.

Карандаш (Н. Румянцев)51 — Г. Александрову (март 1964 г.)

Уважаемый Григорий Васильевич!

Очень сожалею, что не могу принять ваше предложение. Очень занят подготовкой праздника двадцатилетия освобождения Одессы от фашистов. За задержку ответа на Вашу телеграмму прошу меня извинить — получил ее с опозданием. Желаю успеха в труде.

Карандаш.

Г. Александров — Карандашу

Благодарю за телеграмму. Очень прошу сниматься. Это крайне необходимо. Встречайте режиссера, оператора. Привет.

Александров.

Г. Александров — Ю. Саакову

Снимите для финала фильма: собранная Венера нравится Карандашу. Он целует ее в «диафрагму». Ищите варианты.

Александров.

Г. Александров — Карандашу

Смотрели Ваш материал. Очень хорошо. Благодарен. Желаю успеха.

Александров.

Г. Александров, К. Кузаков52 — ЦК КПСС

Отчет о поездке в Швейцарию для съемок фильма «В.И. Ленин в Швейцарии»

Во время нашей поездки в Швейцарию в сентябре — октябре 1963 года были произведены съемки следующих, связанных с пребыванием В.И. Ленина в Швейцарии мест с периода с 1895 по 1917 год53.

...Всего снято 612 различных кадров общим метражом около 6 500 метров. Весь этот материал представляет большую ценность как для фильма, так и для ленинской кинотеки в целом.

Решением инстанции срок поездки в Швейцарию был определен в 30 дней. За это время съемочная группа швейцарского телевидения не смогла снять всех мест, связанных с пребыванием Ленина в Швейцарии.

Кроме того, из-за условий погоды, порчи пленки во время проявки, больших переездов и обязательных выходных дней из месячного срока получился фактически только 21 рабочий день.

Швейцарское телевидение не смогло представить в сентябре с. г. съемочную группу на более длительный срок и предложило провести съемку остальных мест в феврале — марте 1964 года. На все это необходимо 10 съемочных дней.

Учитывая, что поездка Ленина из Швейцарии на остров Капри (в апреле 1908 г.) связана с переговорами о более активном участии А. Горького в газете «Пролетарий», организацией нелегальной доставки «Пролетария» через Италию и черноморские порты России, а также критикой Лениным философских взглядов Богданова, Базарова и Луначарского (в связи с началом работы Ленина в феврале 1908 года в Швейцарии над книгой «Материализм и эмпириокритицизм»), эта поездка органически входит в Швейцарский период жизни Ленина и должна быть включена в фильм «Ленин в Швейцарии».

В Италии Ленин был на Капри, посетил Неаполь, неаполитанский музей, Помпеи, осмотрел окрестности Неаполя, поднимался на Везувий. Материал, снятый в Италии, кроме того, даст возможность рассказать в фильме о беседах Ленина с Горьким, о замечательном примере силы и плодотворности партийного руководства художественной литературой.

Поездка на съемки в Италии может быть соединена с поездкой для окончательных съемок в Швейцарии.

Итальянские фирмы «Галатея» и «Коронет», сотрудничающие с кинематографией Советского Союза, согласны произвести съемки, обеспечить необходимую технику и выделить соответствующие средства.

Кроме того, эти фирмы выразили согласие оказать содействие в поисках и получении из киноархивов Италии всех документальных материалов, касающихся мировых событий в период с 1895 по 1917 год.

Расходы, связанные с этой работой, итальянские фирмы просят компенсировать документальными и научно-популярными фильмами, которые мы можем предоставить им для показа по телевидению и которые они уже частично отобрали по согласованию с «Совэкспортфильмом». Таким образом, поездка для съемок и получение документальной хроники из Италии не требуют никаких затрат валюты.

Итальянские фирмы считают, что они могут обеспечить съемки в Неаполе, Сорренто, Помпее и на Капри в течение 10 дней (без переездов, на которые потребуется 3—4 дня) и выделить просмотровые залы для отсмотра и отбора хроники в Риме в течение 7 дней.

В целом поездка в Италию должна занять 20 рабочих дней.

Материал, снятый в Швейцарии, в настоящее время прибыл в Советский Союз, находится в процессе отбора, систематизации и будет готов для просмотра в декабре с. г.54

Г. Александров, К. Кузаков

10 декабря 1963 г.

Г. Александров, Л. Орлова — Л. Брик, В. Катаняну

Дорогие друзья, Лилия Юрьевна и Василий Абгарович!

Желаем в новом, 1965 году, 365 раз Доброго утра, Хорошего плодотворного дня и Спокойной ночи!

В. Крюков и А. Шибанов — Г. Александрову

Григорий Васильевич!

На протяжении всего послевоенного времени киностудия «Мосфильм» да и другие студии страны выпускали кинокомедии, где осмеивались: карьеризм, подхалимаж, зазнайство, стиляжничество и другие подобные аномалии, уродующие наш быт. И странно, что ни один из сценаристов и режиссеров не обратил внимание на такое уродливое явление нашей жизни, как детективомания среди читателей.

А если присмотреться, то в очередях у книжных магазинов, у прилавков библиотек 40% читателей, если можно так выразиться, серьезного плана приходится на 60% любителей убивать время на чтение приключенческой халтуры (не всякая приключенческая книга халтурна). Убивается время, портится художественный вкус, внимание и сознание людей переключается только на такую литературу, которая щекочет нервы и отвлекает от общественно-полезной жизни и деятельности, словом, детективомания — страшный общественный бич. Об этом говорят с трибун совещаний, заседаний, кафедр учебных заведений, но до сих пор ничего не сказано выразительным языком кино.

Мы попытались в силу своих возможностей создать кинопародийный сценарий, где развенчиваются детективоманы, а заодно и поставщики подобного чтива.

Сама идейная направленность сценария натолкнула нас на создание остро-приключенческого, комедийного сюжета: люди, начитавшиеся приключенческой халтуры, наяву грезят приключенческими реминисценциями и, естественно, попадают в смешные положения.

Сквозной сюжет, развивающийся, как уголовное расследование, разнообразие комических положений и трюков, индивидуально очерченные (может, несколько заостренные) характеры — все это давало нам надежду, что сценарием к/с «Мосфильм» заинтересуется.

Однако (после того как сценарий месяц пролежал в Сценарном отделе) мы начали беспокоиться о его судьбе и стали звонить в Главную редакцию. На первый звонок редактор А. Быстрова ответила, что она видела только заявку-либретто, а сценария вообще нет. А. Быстрова обещает найти его, но время не ждет. К/с «Мосфильм» работает с авторами даже по заявкам, здесь же налицо готовый комедийный сценарий, написанный с учетом специфических особенностей кинодраматургии, в нем совершенно исключены прозаические описания, и по сути дела это режиссерская экспликация. В сценарии всего 60 страниц, но десятки комедийных сцен и положений. Все это специально рассчитано на восприятие режиссера, чтобы не стеснять его творческой свободы. Все в сценарии «Особые приметы» говорит о том, что он должен быть оценен опытным глазом режиссера-постановщика, а не обычного литератора.

Коротко о себе. Крюков Виктор Иванович, 1927 г. р. В 1956 г. с отличием окончил Литинститут им. Горького, печатается в «Огоньке», выпустил сборник рассказов в Воениздате в 58 г. «Советский писатель» выпускает его роман «Вынужденная посадка», облдрамтеатр гор. Калинина принял к постановке его пьесу «Конец опеки».

Шибанов Анатолий Антонович, 1923 г. р. Учился в институте международных отношений. Длительное время работал за границей. Его пьеса «Лавры» шла в одном из театров страны. Работал в жанре театральных миниатюр. Его рассказы рассеяны по разным областным издательствам. Написан роман о войне для изд. «Советская Россия».

Несмотря на наши неплохие начинания в прозе и драматургии, мы считаем, что наше творческое место — жанр кинокомедии. Мы понимаем, что по одному сценарию трудно судить о наших возможностях, но мы можем Вас заверить, что в самом скором времени вы увидите второй комедийный сериал, над которым мы работаем.

Сознавая, что материал писателя — жизнь, мы умышленно не остались работать в редакциях Москвы, а уехали на периферию, поближе к жизни простых людей.

Дорогой Григорий Васильевич, мы очень просим Вас ознакомиться лично с кинокомедией «Особые приметы». В связи с тем, что первый экземпляр утерян в Главной редакции и у нас нет надежд, что он будет найден в скором времени, мы высылаем Вам, извините, второй экземпляр. Было бы очень хорошо, если бы Вы прочли сценарий и побеседовали с нами. Вы затратите на это один день — для нас же это пролог всей творческой жизни.

Ваши В. Крюков и А. Шибанов.

Г. Александров, Л. Орлова — С. и А. Образцовым

Поздравляем дорогих соседушек по Москве, по Внуково, по духу, по эпохе55.

Внуковцам милейшим хотим пожелать и дорог скорейших, чтоб беды обскакать.

Л. Орлова, Г. Александров.

В. Орлова56 — Г. Александрову (1969 г.)

Уважаемый Григорий Васильевич!

Прочла на днях в № 35 «Недели» Вашу статью «По заказу сердца», и мне захотелось поделиться с Вами по «заказу своего сердца»57.

Вот первый абзац Ваших воспоминаний: «Наш кинематограф до революции так и не стал искусством, но уже был солидной статьей коммерции. Коммерция держала мастеров кино в жестких тисках чистогана, диктуя цены и сюжеты фильмов. Ни о какой свободе творчества не могло быть и речи».

Так ли это? Правда, много было «шелухи». Но ведь среди нее были и свободно выбранные темы фильмов. Даже будучи юным, неужели Вы не смотрели фильмов классического репертуара? Как, например, «Пиковая дама», «Станционный смотритель», «Отец Сергий» (который и теперь идет в «Повторном» кинотеатре), «Семейное счастье», «Андрей Кожухов» Степняка, который шел до 29-го года, «Николай Ставрогин» и др.? А историки кино не зачеркивают этих фильмов, они были как бы вехой до 17-го года, и нельзя сказать, что это не было искусством.

И Я.А. Протазанов, и И. Мозжухин58, и актеры МХАТа работали творчески, несли школу великих мастеров театра — К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко, Е. Вахтангова, Л. Сулержицкого и др.

И никто не «диктовал темы и сюжеты», а то, что делалось для коммерции и хозяев фирм, то мы и не помним их — этих картин.

Мне, работавшей во МХАТе и кино, хочется защитить всех энтузиастов этого нового для нас искусства. Правда, мы не ходили по проволоке («мы ходили по проволоке и исполняли акробатические номера, что полностью соответствовали теории "Старика", как уже тогда мы уважительно называли своего молодого учителя С. Эйзенштейна»)59, но если было нужно, то занимались фехтованием, скакали на лошадях и т. п.

После 17-го года, Вы пишете, имели хорошую и очень сложную картину «Аэлита». Разве она была так хороша? Зритель и пресса ее не приняли. На общественном просмотре был В.И. Немирович-Данченко, и он публично выделил: «Лучшее, что есть в фильме — это Н. Баталов и В. Орлова» (простите за нескромность. Но это было так)60.

После революции я много снималась: и у Мих. Ромма, и у Довженко, и всегда принималась игра актера непосредственная, искренняя. Так где же кончается и начинается искусство? Вы, может быть, подумаете, что во мне говорит обида: вот, мол, празднуют 50 лет советской кинематографии, а нас, ветеранов кино, забыли... Нет, искренне говорю — нет! Если бы я не прочла Вашу статью, я бы написала Вам «по заказу своего сердца». Но я знаю, что не опозорила ни театра, ни кино, сыграв более чем 35 фильмов, начиная с 15-го года, и больше в классических фильмах.

Уважающая Вас Вера Орлова.

P.S. Между прочим, фамилия уехавшего за границу режиссера Туржанский61, а не Гуржанский. Надо сказать, немалое число художников, работавших в кино, декрет советской власти застал врасплох. Растерявшись, вслед за своими хозяевами они покинули Родину. Уехали Я. Протазанов (потом вернувшийся), тот же Туржанский, известный актер И. Мозжухин.

Г. Александров, Л. Орлова — Л. Утесову

Дорогого Леонида Осиповича горячо поздравляем ВЫСОКИМ званием62, желаем здоровья, новых успехов. Целуем Елену Осиповну (жена Л. Утесова. — Ю.С.)

Ваши Л. Орлова, Г. Александров.

Л. Орлова — Г. Александрову

С каким нетерпением, Гришечка, я жду Вас в этом своем углу!63

Г. Александров, Л. Орлова — С. Образцову

Чувство радости, гордости, удовлетворения охватили нас, когда узнали мы, что наш любимый талант-трудолюбец увенчан высочайшим, доблестным геройским званием.

Как хорошо, что в сегодняшнем театральном мире именно Вы стали первым Героем Социалистического Труда64.

О добре трудиться — есть чем похвалиться!

К. Симонов — Г. Александрову

Дорогой Григорий Васильевич!

Я никогда не писал о том, что не знаю, — ни о работе разведчиков, ни о той, другой, немецкой стороне фронта, ни о современных зарубежных ситуациях, которые я сам лично не наблюдал и поэтому не могу изобразить их как художник.

Глубоко уважающий Вас К. Симонов65.

Г. Александров — А. Романову66

Дорогой Алексей Владимирович!

Прошу Вас опубликовать в газете «Советская культура» мою благодарность за полученные мною соболезнования по случаю кончины дорогой Любовь Петровны.

Со всех концов нашей страны, а также почти из всех стран Европы писали и пишут поклонники ее таланта.

Персонально ответить на каждое послание не представляется возможным.

С чувством уважения и симпатии Гр. Александров.

Москва. 20 марта 1975 г.

Г. Александров — Р. Кармену

Дорогой мой человек!

Молодой еще друг и товарищ!

Сердечно поздравляю тебя с юбилейной датой рождения.

Уверен, что годы не повлияют на твою смелость, твое неподражаемое мастерство, и мы увидим немало еще твоих шедевров.

Я стремился обнять тебя сегодня, поздравить искренно, от всей души, но врачи снова уложили меня в постель, я свалился с лестницы и вчера, нарушив запрет медиков, был в городе, — ухудшив свое положение.

Горячий тебе привет.

Твой Гриша Александров.

24 декабря 1976 г.

Г. Александров — В. Доценко

Виталию Доценко с пожеланием успеха на режиссерском творческом пути.

Режиссер Гр. Александров.

Январь 1980 г.

* * *

Историю этого автографа автор бесконечного российского бестселлера о «бешеном» В. Доценко в романе о себе самом, «Отец Бешеного», описывает так:

«Александров, знавший его по "Мосфильму", пригласил его к себе и сказал, что Би-би-си предложило совместно снять документально-художественный фильм о нем, Александрове, и Орловой.

— Это должен быть уникальный фильм! — воскликнул я.

— Виктор, как ты отнесешься к моему предложению стать режиссером такого фильма с советской стороны?

— И вы еще спрашивать будете? Буду счастлив, если смогу быть Вам полезен в любом качестве! — не задумываясь, ответил я.

К сожалению, реализация проекта затянулась, а потом меня лишили свободы...

И я как святыню храню его последние слова, написанные на прощание на книге "Эпоха и кино"».

К сожалению В. Доценко не мог тогда обменяться автографом с Александровым: ни одного «Бешеного» из-под его пера еще не вышло...

* * *

Г. Александров — Н. Гришиной67

Милая Наташа!

Поздравляю Вас с новым, 1978 годом. Желаю счастья, успехов и исполнения заветных желаний.

Гр. Александров.

Ч. Чаплин — Г. Александрову

Счастливого Нового года!68

Г. Александров — Ф. Раневской

Дорогая, любимая, чудесная...

Фаина Георгиевна!

Торжественно поздравляю Вас с Новым, 1981 годом!

Пусть он будет здоровым и счастливым!

Всегда Ваш Гр. Александров.

Счастье — чувство и состояние полного высшего удовлетворения.

Примечания

1. Первая крупная после приоткрытия «железного занавеса» делегация деятелей советской культуры, возглавляемая Александровым, пробыла в Англии в ноябре — декабре 1953 г.

2. Тем не менее, И. Смоктуновский решился на это и дублировал Чаплина в «Короле в Нью-Йорке» («конгениальность!», как писал Александров Аташевой). Да и в «Огнях рампы» кто-то говорил за Чарли.

3. Английская прокатная контора «Рэнк Организейшн».

4. Финансовая волокита с «Огнями рампы» растянулась так, что они попали на советский экран много лет спустя, чуть ли даже не после «Короля в Нью-Йорке», когда за них не требовали уже, наверно, сумасшедших сумм.

5. «Комедия убийств», как иначе назывался этот фильм, при всей его пародийности на охвативший тогда кино и общество синдром насилия, не пронял американцев, и фильм не имел успеха.

6. Деньги, может, и нашлись (будучи в Англии, Александров хвастал прессе, что независимо от того, снимает он или нет, он получит 500 фунтов, а уж если снимает, да еще по своему сценарию!..). Но кто бы в 54-м году позволил Александрову и его жене «лично» привезти Чаплина и его огромное семейство во Внуково? Зато Чаплин, чуть ли не ежегодно приглашавший Александрова и его жену в Швейцарское Веве, где поселился, удрав из Америки, ни в каких санкциях не нуждался.

7. Производственным, студии «Мосфильм», которую возглавил И. Пырьев.

8. Тем же «Русским сувениром».

9. Такую телеграмму Александров, на удивление почтовых служащих, послал отсутствующей на гастролях Л. Орловой.

10. Речь идет о ноябре — декабре 1953 года, когда впервые после «холодной войны» в Англии состоялся месячник англо-советской дружбы с участием советской культурной делегации, возглавляемой Александровым.

11. В гостинице «Три короны» на берегу Женевского озера, где когда-то останавливался и писал Бальзак, Чаплин всегда заказывал «бальзаковский» номер Орловой и Александрову. И шутил, спрашивая, на что вдохновил их дух французского классика.

12. Городок в Швейцарии, вблизи которого было поместье Чаплина.

13. По рассказу С. Антонова «Первый снег» вгиковский ученик Александрова снял свой первый художественный фильм «Сын». Не без участия Александрова в качестве худрука картины его удалось «вытащить».

14. Кукольный фильм по известному спектаклю С. Образцова в постановке Г. Натансона.

15. Александров и Аташева собирались сделать передачу о Чаплине на ТВ.

16. По запросу комиссии по реабилитации В. Э Мейерхольда в ее адрес пришло несколько десятков «оправдательных» писем от знавших мастера и работавших с ним мастеров искусств.

17. Интересно, что на александровских письмах, при их сугубо производственной тематике, Пырьев помечал: «В отдел личных писем».

18. На обратной дороге из Мексики, куда Александров ездил вручать Международную премию Мира экс-президенту Ласаро Карденасу.

19. Других женских героинь в фильме не было, так что М. Шенауэр была, видимо, вариантом С. Синьоре.

20. Конечно, кому, как не ему, самому «выездному» советскому режиссеру, снимать такое. Но Александров явно переоценивает свои силы: некогда здоровяк-спортсмен, а теперь, едва разменяв шестой десяток, терзаемый болячками, он мечтает о безостановочной, из картины в картину, работе.

21. Превращение «Вани», даже «Дорогого Вани» в «Директора к/с "Мосфильм", уважаемого Ивана Александровича» связано не только с официальным как бы характером письма: заявлением об отпуске, просьбой выплаты денег и пр. Видимо, «Ваня» стал «Иваном Александровичем» после того, как весной этого года на первом со своим участием обсуждении того, что наворотил Александров, оставшись без Туров, сказал: «Какие-то странные вещи у нас происходят! Очевидно, мы долго не ставим картин, по 5—6 лет, и когда, наконец, начинаем, то стремимся включить в эту картину все, все свои жизненные наблюдения, все, что увидели, записали — все в одно произведение. И вот оно распухает, становится нереальным, и мы имеем произведение, наполненное философскими рассуждениями, причем примитивными и чрезвычайно назойливыми. Вот какая беда! Это же кино. (Александрову.) Зачем же это, Григорий Васильевич? Кино должно быть доступно для всех зрителей, и вы делали такие картины, Григорий Васильевич! Но сейчас что-то случилось с нашими мастерами...»

22. Ж. Садуль — французский историк мирового кино. В СССР был издан его пятитомник.

23. Чаплину с днем рождения.

24. Финн К.Я. — драматург, автор фильма «Окраина» и др.

25. Директор Нью-Йоркского музея современного искусства.

26. В число «обменной» пятерки советских фильмов вошли и те, что сняты авторами «Мексики»: «Броненосец «Потемкин» и «Веселые ребята».

27. То есть все 70 000 метров, снятые в Мексике.

28. Незадолго до встречи Александрова с Гриффитом, в 1957 году, ученик Эйзенштейна по ВГИКу Дж. Лейда систематизировал весь его мексиканский материал и сделал из него три учебных, для общего пользования, фильма.

29. Об Эйзенштейне.

30. Фирма-посредник между материалами Э. Синклера и теми, кто в них нуждается.

31. Рецензия журналистки Т. Тэсс на фильм «Человек человеку...» в «Литературе и жизни».

32. По дому на ул. Немировича-Данченко, бывшем и нынешнем Глинищевском переулке.

33. Изобретатель знаменитой кинокамеры.

34. Министр культуры СССР в 1955—1960 гг.

35. Провозглашенной Н. Хрущевым с 1959-го по 1965 год.

36. Директор предыдущего фильма Александрова «Человек человеку...». Законник и педант (по этой картине я знал его лично. — Ю.С.), Ашкенази терпеть не мог режиссерских «вольностей».

37. Поэт, председатель Комитета по Ленинским премиям, членом которого был Г. Александров.

38. Свою отповедь «Крокодилу», изничтожившему картину Александрова в фельетоне «Это и есть специфика?» (ее все время при создании фильма рекламировал режиссер), С. Образцов назвал: «Осторожно, это советский человек!» (Александров, разумеется). Но под давлением напуганных таким призывом «Известий» сменил название на «Ради красного словца» и предложил поставить под статьей подписи академику П. Капице (консультировавшему «Весну»), народным артистам СССР Д. Шостаковичу и Ю. Завадскому и народному артисту РСФСР С. Юткевичу.

39. Алексей Дмитриевич Попов — народный артист СССР, главный режиссер Театра Советской армии. Его сын, Андрей Алексеевич Попов, снимался у Г.В. Александрова в фильмах «Композитор Глинка» (В. Стасов) и «Русский сувенир» (американский миллионер Скотт).

40. Книга А. Попова «Художественная целостность спектакля». М., 1959 г.

41. Главный редактор журнала «Искусство кино».

42. Старейший (в то же примерно время Александров и Орлова поздравляли его с 70-летием), неординарный по-своему театральный и кинокритик. Рецензировал довольно изобретательно еще спектакли Эйзенштейна в Пролеткульте, не оставляя без внимания ни один из его фильмов.

43. Официально, от Союза кинематографистов, это была поездка к Чаплину. Но она не обошлась без итальянского «заезда».

44. На зарубежной кинооткрытке, вытянувшись во всю ее длину, прилегли у дерева мужчина и женщина. В совершенно, правда, невинной позе.

45. Руководимое Александровым Первое творческое объединение «Мосфильма».

46. Телеграмма послана после проводов супруги в очередное концертное турне. А ведь гастролерше уже за 60! «Все пою, пою, — смешно окая, вздыхала она, — а что делать: и забор во Внуково надо починить, и уголь купить...»

47. Французская писательница, сестра Л. Брик.

48. В Ленинградском театре комедии с Е. Юнгер в роли Патрик Кемпбел.

49. Алжирские боевики, терроризировавшие Францию в начале 60-х.

50. Гарину — 60. Этому действительно великому актеру не везло с Александровым. То его председателя колхоза целиком убирают из «Веселых ребят» — слишком эксцентричен в 33-м году он оказался для такой должности. То безбожно сокращают его вечно пьяного американского офицера во «Встрече на Эльбе». А сцену разгула в американском офицерском клубе, где гаринский Томми срывал со стола скатерть, оборачивался в нее, как в тогу и, вскочив на стол, с бутылкой в руке вместо факела, изображал статую Свободы, изымают целиком. И только в «Русском сувенире» гаринский англичанин Пиблс остается полностью.

51. Карандаш с его известным номером по собиранию разбитой статуи Венеры возник как связующее звено в фильме-концерте «Соберите Венеру!», который составитель этой книги сделал с Александровым в 1964 году в телеобъединении «Мосфильма» для показа его на фестивале «Золотая роза» в швейцарском городе Монтре. Последний интересовал Александрова гораздо больше, чем фестиваль — в 20 км от Монтре находилось Веве с проживающим там Ч. Чаплином, поводом для очередной встречи с которым и служила поездка Александрова с фильмом в Монтре.

52. В 60-е — Главный редактор Главной редакции литературно-драматических передач и член Коллегии Комитета телевидения и радиовещания. На фильме «Ленин в Швейцарии» был соавтором сценария совместно с Г. Александровым.

53. Перечисляется все, по всем городам и местечкам Швейцарии, что хоть как-то связано с Лениным. Вплоть до сохранившегося в швейцарской семье самовара, подаренного матерью Н. Крупской, и ее могила — там же в Швейцарии.

54. ЦК ждало до 27 декабря и за подписью А. Яковлева, тогдашнего зав. Сектором радио и телевидения Идеологического отдела ЦК, а впоследствии «архитектора перестройки, потребовало: «Просим материал для информации».

55. Еще одно новогоднее поздравление.

56. Вера Орлова — артистка театра с 1913 года и кино (с 1915-го). Играла Лизу в протазановской «Пиковой даме», купеческую дочь в «Отце Сергии» (ту, что его совращает), Машу в «Аэлите»...

57. Написала Александрову по поводу его публикации в газете «Неделя» статьи «По заказу сердца» в связи с 50-летием советского кино.

58. С И. Мозжухиным Александров повстречался в Берлине в 29-м, когда доснимал за Дубсона «Ядовитый газ». Мозжухин ехал мимо, остановился и как бы между прочим, в разговоре о технике съемки, стал расспрашивать Александрова и Тиссэ о Родине. И режиссеру стоило большого труда не признаться актеру-эмигранту, что в свое время, когда перелицовывал на «советский лад» его фильм «Сатана ликующий», он назвал его: «В пылу религиозного дурмана».

59. В. Орлова цитирует александровскую статью.

60. В «Аэлите» Н. Баталов играл летящего на Марс рабочего Гусева, В. Орлова — оставляемую им на Земле жену.

61. Орлова исправляет ошибку Александрова, назвавшего режиссера-эмигранта В. Туржанского «Гуржанский». И не подозревавшего, наверно, что еще за 10 лет до его «Волги-Волги» В. Туржанский снял в Париже свою «Волгу-Волгу» с участием пары известных мхатовцев-эмигрантов. Правда, туржановская «Волга-Волга» была лишь современной модернизацией знаменитой песни.

62. Пребывая в звании народных артистов СССР уже 17 лет, Орлова и Александров поздравляют Утесова, дождавшегося такого звания только к 70 годам. И то, как призналась опоздавшая с этим указом на юбилейный вечер в ЦДРИ Е. Фурцева, она чуть ли не силой вырвала подпись под ним у тогдашнего Председателя президиума Верховного Совета СССР А. Микояна.

63. По свидетельству племянницы Александрова Г. Карякиной, это было начертано актрисой на фото, стоящем на туалетном столике ее отдельной (почему отдельной? — Ю.С.) внуковской спальни, где эта спальня и изображена.

64. Первым театральным «Гертрудой» С. Образцов стал в связи с 70-летием.

65. Так дипломатично один «классик» отказался от предложения другого сотрудничать с ним в написании сценария «Скворец и Лира». Особенно, видимо, после того, как второй «классик» продемонстрировал первому то, что сочинил самостоятельно. Хотя 10 лет назад К. Симонов в паре с Б. Ласкиным чуть не стал автором александровской короткометражки «Карантин», которую тот собрался снимать в числе других новелл в альманахе «Время, в которое мы живем», посвященном полету в космос Ю. Гагарина.

66. А.В. Романов — журналист, главный редактор «Советской культуры», в 60-х — министр кинематографии, давний друг и поклонник Орловой и Александрова. В 1988 г. издал книгу «Любовь Орлова на экране и в жизни».

67. Первая, «московская», жена внука режиссера, Григория Васильевича Александрова-младшего.

68. Такие телеграммы Чаплин слал ежегодно, но эта, в декабре 1977-го, добралась до Внуково, когда великого артиста уже не стало, и Александров еще до ее получения послал телеграмму соболезнования в Швейцарию. Вторая, после кончины Л. Орловой, непоправимая потеря для режиссера. Еще через два года будет третья, последняя... смерть 52-летнего сына...

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
  Главная Об авторе Обратная связь Книга гостей Ресурсы

© 2006—2017 Любовь Орлова.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.


Яндекс.Метрика